Александр Зубченко. Дежавю: романтическая история

Собирается старая компашка «иностранных реформаторов». Заходят, значит, на второй круг. Айварас Абромавичюс, которого в дальнейшем будем называть «Анчоусом», получил должность в наблюдательном совете «Укроборонпрома». Пять лет назад он тоже стал «первенцем»: возглавил Министерство экономического развития и торговли. Все писали кипятком от восторга – великий литовский (или латвийский, я их путаю) экономист, менеджер, второй Стив Джобс (первый уже покойный), будущий украинский Илон Маск. Послица США смотрела на него влюбленными глазами, называла «флагманом украинских реформ» и была готова отдаться «Анчоусу» в неформальной обстановке.

Всего шесть месяцев понадобилось Абро… Анчоусу, чтобы понять, какое именно министерство он возглавляет. А затем у него начались крупные неприятности. Министр не понял, как надо разговаривать с лысым армейским другом президента Кононенко. С уважением, внимательно и записывать его кадровые указания в специальный блокнот с тисненой обложкой. Айварас проигнорировал тонкий намек Кононенко на толстые обстоятельства в «Нефтегазе» и ряде других довольно крупных госпредприятий. Он был занят, по всей видимости, другими проблемами. В частности, что делать с этой нимфоманкой Яникой Мерило, которая возомнила себя Анджелиной Джоли и выложила соответствующую фотосессию в социальные сети. Ну там ножик облизывает, ноги расставляет, короче, полный комплект. «Воот неее хоооотел жеееее брать ээээээээээсссссстонок», – неторопливо думал «Анчоус», идя по коридору Кабмина в поисках писсуара. Личный унитаз по рангу полагался лишь вице-премьерам, остальные пользовались общим. Исключение было сделано лишь для Петра Порошенко. Он, как и Айварас, тоже работал министром экономразвития, но сидел в 636-м кабинете, который был вице-премьерским. И за огромным столом у него была личная комната отдыха, где можно было спокойно помедитировать с белым другом. Чем Петр Алексеевич беззастенчиво пользовался. «Анчоуса» посадили в другой кабинет. Отсутствие персонального толчка сослужило литовцу (или латышу) дурную службу. В общем туалете его ждал очень злой лысый человек, который угрожал макнуть «флагмана реформ» в жестко закрепленный писсуар. Трудно сказать, дошло ли дело до собственно макания, но заявление об отставке Айварас написал. Он был первым иностранным реформатором в постреволюционный период. За ним стали подтягиваться грузины: Эбаноидзе, Квиташвили, Згуладзе, Сакварелидзе и тот же Саакашвили.

подробнее